Из инета...

Я умер почти 9 лет назад. Но я пишу вам не для того, чтобы рассказать как мне тут живется. Я пишу, чтоб рассказать вам свою историю. Историю моей большой любви. И еще хочу сказать, что любовь не умирает. Даже на том свете. Даже если её пытаются убить, даже если этого захотите вы. Любовь не умирает. Никогда. Мы познакомились 31 декабря. Я собирался встречать Новый год со своей третьей женой у своих старых друзей. Моя жизнь до её появления была настолько никчемной и ненужной, что очень часто я спрашивал себя : Для чего я живу? Работа? Да, мне нравилось чем я занимался. Семья? Я очень хотел иметь детей, но у меня их не было. Теперь я понимаю, что смысл моей жизни был - в ожидании этой встречи. Я не хочу описывать её. Вернее, я просто не смогу описать её, чтоб вы действительно поняли, какая она. Потому, что каждая буква, каждая строчка моего письма пропитана любовью к ней и за каждую ресничку, упавшую с её печальных глаз, за каждую слезинку я готов был отдать все. Итак, это было 31 декабря. Я сразу понял, что пропал. Если бы она пришла одна, я бы не постеснялся своей третьей супруги и подошел бы к ней в первую минуту нашей встречи. Но она была не одна. Рядом с ней был мой лучший друг. Знакомы они были всего пару недель, но из его уст я слышал о ней очень много интересного. И вот, теперь, я увидел её. Когда пробили куранты, и были произнесены тосты я подошел к окну. От моего дыхания окно запотело и я написал: “ЛЮБЛЮ”. Отошел подальше и надпись на глазах исчезла. Потом было опять застолье, тосты. К окну я вернулся через час. Я подышал на него и увидел надпись “ТВОЯ”. У меня подкосились ноги, на несколько секунд остановилось дыхание. Любовь приходит только раз. И это человек понимает сразу. Все, что было в моей жизни до это дня - была мишура, сон, бред. Очень много слов есть этому явлению. Но жизнь моя началась именно в тот новогодний вечер, потому что я понял, я увидел в её глазах, что этот день - тоже первый день в её жизни. Второго января мы переехали в гостиницу, и планировали купить свой маленький уголок. У нас вошло в привычку писать друг другу на окнах записки. Я писал ей “Ты - мой сон”. Она отвечала “Только не просыпайся!” Самые сокровенные желания мы оставляли на окнах в гостинице, в машине, у друзей дома. Мы были вместе ровно два месяца. Потом меня не стало. Сейчас я прихожу к ней только когда она спит. Я сажусь к ней на кровать, я вдыхаю её запах. Я не могу плакать. Я не умею. Но я чувствую боль. Не физическую, а душевную. Все эти восемь лет она встречает Новый год одна. Она садится у окна, наливает в бокал шампанского и плачет. Еще я знаю, что она продолжает писать мне записки на окнах. Каждый день. Но я не могу их прочитать, потому что от моего дыхания окно не запотеет.
Прошлый новый год был необычным. Не хочу рассказывать вам секреты потусторонней жизни, но я заслужил одно желание. Я мечтал прочитать её последнюю надпись на стекле. И когда она заснула, я долго сидел у её кровати, я гладил её волосы, я целовал её руки. А потом подошел к окну. Я знал, что у меня получится, я знал, что смогу увидеть её послание - и я увидел. Она оставила для меня одно слово “ОТПУСТИ”
Этот Новый год будет последний, который она проведет в одиночестве. Я получил разрешение на свое последнее желание, в обмен на то, что я больше никогда не смогу к ней прийти и больше никогда её не увижу. В этот новогодний вечер, когда часы пробьют полночь, когда вокруг все будут веселиться и поздравлять друг друга, когда вся вселенная замрет в ожидании первого дыхания, первой секунды нового года, она нальет себе в бокал шампанского, пойдет к окну и увидит надпись “ОТПУСКАЮ”.

ДО ТОГО, КАК Я СТАЛА МАМОЙ

(Автор неизвестен, перевод - Эльвиры Барякиной )
Я спала столько, сколько хотела, и никогда не беспокоилась о том, в котором часу я ложусь в кровать.
Я причесывалась и чистила зубы каждый день.
До того, как я стала мамой,
Я убиралась каждый день,
Я никогда не спотыкалась об игрушки и не разучивала слова колыбельных,
Я не беспокоилась о том, ядовиты или нет мои комнатные цветы.
Я никогда не задумывалась о прививках.
До того, как я стала мамой,
На меня никого не рвало,
Никто ни разу не обкакивал меня, не плевал, не жевал и не описывал меня.
Я полностью контролировала свой разум и свои мысли.
Я спала по ночам.
До того, как я стала мамой,
Я никогда не удерживала плачущего ребенка, чтобы доктор мог осмотреть его. Или сделать ему укол.
Я никогда не смотрела в полные слез глаза, готовая сама заплакать.
Я никогда не замирала от счастья при виде робкой улыбки младенца,
Я никогда не сидела у детской кроватки, охраняя чужой сон.
До того, как я стала мамой,
Я никогда не держала на руках спящее существо просто потому, что мне не хотелось расставаться с ним.
Мое сердце никогда не разбивалось на миллион кусочков, когда я не могла унять чью-то боль.
Я никогда не подозревала, что что-то очень маленькое может иметь самое большое значение.
Я никогда не думала, что я могу любить так горячо.
Я никогда не з нала, что быть мамой - настолько здорово.
До того, как я стала мамой,
Я не знала, как это - твое сердце вне твоего тела и принадлежит кому-то другому.
Я не знала, какое это счастье - кормить проголодавшегося малыша.
И мне неведомо было это особенное чувство единства матери и ребенка.
Я не подозревала, что кто-то очень маленький может дать мне ощущение собственной значимости на этой земле.
До того, как я стала мамой,
Я никогда не просыпалась через каждые десять минут только для того, чтобы удостовериться, что все в полном порядке. Для меня оставались сокрытыми и те чувства особой теплоты, радости, любви, боли, изумления и удовлетворение, которые бывают только у мам.
Я не знала, что я способна переживать так сильно и чувствовать так глубоко.
И до того, как я стала бабушкой.
Я не знала, что все эти мамины ощущения удвоятся, когда ты видишь маленький пищащий сверточек на руках у ТВОЕГО ребенка.

Что сбылась для тебя сладким сном.

Назови меня теплым рассветом,
Или сладкой росой на траве.
Назови меня так, чтобы ветер
Мне принес те слова на заре.
Назови меня капелькой в море,
Без которой не можешь прожить.
Назови меня так, чтобы вскоре
Я смогла все печали забыть.
Назови меня нежной свечою,
Что горит, освещая твой дом.
Назови лишь заветной мечтою,
Что сбылась для тебя сладким сном.
Назови меня радугой яркой
Назови меня дальней звездой.
Назови, чтобы стало мне жарко.
И коснись своей теплой рукой.
Назови мое имя несложное,
Чтоб кружилась моя голова.
Назови меня, как только можно,
Лишь от сердца пусть будут слова .

Все зависит не от того, что сказать, а как

Один восточный властелин увидел страшный сон, будто у него выпали один за другим все зубы. В сильном волнении он призвал к себе толкователя снов. Тот выслушал его озабоченно и сказал: "Повелитель, я должен сообщить тебе печальную весть. Ты потеряешь одного за другим всех своих близких". Эти слова вызвали гнев властелина. Он велел бросить в тюрьму несчастного и призвать другого толкователя, который, выслушав сон, сказал: "Я счастлив сообщить тебе радостную весть - ты переживешь всех своих родных". Властелин был обрадован и щедро наградил его за это предсказание. Придворные очень удивились. "Ведь ты сказал ему то же самое, что и твой бедный предшественник, так почему же он был наказан, а ты вознагражден?" - спрашивали они. На что последовал ответ: "Мы оба одинаково истолковали сон. Но все зависит не от того, что сказать, а как сказать".
Однажды слепой человек сидел на ступеньках одного здания со шляпой возле его ног и табличкой с надписью: «Я слепой, пожалуйста, помогите».
Один человек проходил мимо и остановился. Он увидел инвалида, у которого было всего лишь несколько монет в его шляпе. Он бросил ему пару монет и без его разрешения написал новые слова на табличке. Он оставил её слепому человеку и ушёл.
К концу дня он вернулся и увидел, что шляпа полна монет. Слепой узнал его по шагам и спросил, не он ли был тот человек, что переписал табличку. Слепой также хотел узнать, что именно он написал. Тот ответил:
- Ничего такого, что было бы неправдой. Я просто написал её немного по-другому.
Он улыбнулся и ушел.
Новая надпись на табличке была такая: «Сейчас весна, но я не могу её увидеть».

Видишь теплые сны.

"Повседневное определение собственной личности посредством составления буквенных комбинаций".
Дни становятся короче. Ночью тянешься за более теплым одеялом, сворачиваешься в клубок. Видишь теплые сны. Утром не хочешь просыпаться. Дождь барабанит по окнам. Небо затянуто серыми тучами. Мысли завуалированы легкой дымкой.
Начинаешь думать о том, что тебя ожидает завтра. Последнее время многое поменялось и как-то не хватало времени, чтобы остановиться и задуматься. Теперь же его достаточно.
«Ищем настоящих друзей. Остальных же беспощадно устраняем из своей памяти». Назначаем встречи, забываем планы, уходим от ответа. Начинаем лгать.
Клетчатый зонт не успевает высохнуть. Волосы пахнут дождем. В очередной раз наслаждаюсь Её приходом.
ОСЕНЬ. Скоро на улицах нашего города.

Я построю...

Я построю высокий дом
На одной из высоких скал
Чтоб никто меня не нашел
Хоть бы тысячи лет искал
Будет в доме моем светло
От слепых золотых лучей
Но далекий манящий свет
Не смутит уже взгляд ничей
Пусть разделит со мной тишину
Хоровод беломраморных рук
Говорить будет нежно со мной
Серебристых фонтанов звук
Я построю высокий дом
Не летайте птицы ко мне
В белом платье моя нелюбовь
Про любовь мне поет во сне

вернулся в постель, поуютней завернулся в одеяло, стал проваливаться в сон.

директор сотовой компании скайлинк проснулся в третьем часу ночи.
что-то булькало в животе, было неуютно.
опять чертовы устрицы, подумал он устало, предлагала же мне бабкатя, уборщица гольфклуба, отварить их с картошкой и луком, а не так жрать. и чего я ломался - ницца, ницца... чай, на рублевке сидим, не на лазурном берегу.
он выбрался из постели и рысью пробежал до санузла, присел, оправился, удовлетворенно выдохнул. полегчало.
вернулся в постель, поуютней завернулся в одеяло, стал проваливаться в сон.
снова торкнуло.
тьфу, пропасть, что ж такое.
сбегал до горшка, вернулся. в этот раз и присесть не успел, в животе снова забулькало.
еле добежал, не отпускало.
пампуша, позвал он. пампуша, нехорошо мне, помоги.
теплая, мягкая со сна пампуша услыхала только раз на третий, выбралась из-под одеяла, подошла к дверям туалета.
пузик, что тебе не спится? ночь на дворе, я еще со вчера умаялась, весь день в орхидейнике и павлинятнике провела, опыляла, перышки собирала. а ты мне спать не даешь.
пампуша, какой павлинятник? худо мне. видишь, с животом что-то. дай смекты, или что поможет.
нет у нас смекты. откуда у нас лекарства, чай, не в росфармацевтике работаешь. одни мобилы. сейчас позвоню доктору, вызову.
пампуша взяла городскую трубку и набрала номер рублевского управления минздрава. трубку снял дежурный, отрапортовал бодро "чего изволите", выслушал проблему, пообещал срочно прислать врача.
через 15 минут на лужайку перед домом сел вертолет санавиции.
винты остановились, вышли - врач с блестящим стетоскопом сваровски, фельдшер с дефибриллятором, медсестра в соблазнительном коротком халатике и кинолог-негр, ветеринарный студент из института лумумбы, с дрессированной собакой-поводырем. на всякий случай. прошлый раз, когда к директору стрима ездили, у того от натуги в глазах потемнело, два месяца без собаки шагу ступить не мог.
прошли к дому, у дверей суетилась пампуша. всех впустила, кроме медсестры, которую отправила на кухню заваривать чай и надставлять халатик.
врач прошел к дверям туалета, откуда раздавались громкие тяжелые стоны.
можно? вежливо поинтересовался врач.
нет, нет! передайте памперс, памперс передайте. так нельзя, нельзя... голос директора оборвался, послышался грохот, переходящий в хлюпанье. все затихло.
доктор воспитанно подождал с минуту, затем толкнул дверь.
из туалета вырвался клубок едкого запаха, доктор только успел взглянуть, закашлялся и захлопнул дверь.
да там памперс нужен для крупного рогатого скота, не меньше. где ж я такой возьму.
пампуша... ох, извините, афродита силантьевна, что он ел-то хоть за ужином?
устрицы, батюшка. пампуша плакала. все ж привычное, родное. устрицы, седло барашка, фуагра, бурбон, хамон. на десерт мороженку с золотой крошкой, для пищеварения.
странно, удивился доктор. обычное меню, на что ж такая реакция. позвоню в больницу, проконсультируюсь.
доктор вынул мобильный телефон, начал набирать номер. что-то не коннектится нифига, странно.
за дверью туалета послышался сдавленный стон, что-то завозилось и зачавкало.
опяяяять...
доктор бросил телефон, рванул дверь. шорохи прекратились.
отпустило, тяжело дышал директор. ох...
сейчас, сейчас. доктор снова попытался попасть в сеть. связи не было. но больной немедленно застонал и попытался взобраться на унитаз.
доктор сбросил звонок. больной вздохнул и расслабленно опал.
странное дело.
доктор задумался. взгляд его упал на собаку, рядом с которой сидел афроафриканский кинолог, василий обаба. собака мелко скулила и пряталась за ножки стола, василий что-то шептал ей на ухо.
вась, что с собакой-то, унял бы ты ее, и так тошно, раздраженно сказал доктор.
так, масса ипполит, чует собака недобрые силы. проклят ваш больной. никаким памперсом вы ему не поможете.
не мели ерунды, доктор снова попытался позвонить.
в туалете послышался грохот, стоны, через порог перелилась вонючая струйка.
доктор нажал отбой. струйка замерла, в туалете затихло.
по спине доктора пробежал холодок.
василий, поясни... голос предательски дрогнул.
да что тут пояснять-то. телефон-вуду, заговоренный. насолил кому-то из наших ваш хозяин. у нас в племени был аналогичный случай - миссионер джойс отказался на дочке шамана жениться, так тот джойсов радиоприемник проклял. как футбольная трансляция - так у миссионера понос. а он фанат, футболист. так и умер на горшке с криком "гоооол"...
доктору стало плохо. и что делать-то, а?
ну, что... я так понимаю, что связь у твоего мужика нестабильная, кого-то он этим обидел очень. пока я вижу только один путь - починить соту в этом районе. а там уже можно и проклятие снимать.
дверь туалета распахнулась, через порог протянулась тощая зеленоватая рука, зацепилась когтями, подтянулась. за ней вторая, тоже подтянулась, показалось зеленое сморщенное лицо. серые губы прошептали - неееет... я не могу починить соту... пока только поступил сигнал... надо проверить, правда ли не работает - это неделя. затем написать запрос в фсб, чтобы искали источник помех. пока рассмотрят, пока соберут совещание, пока решат, что делать...
помрешь же, ласково сказал кинолог. наверняка у того, что тебя проклял - круглосуточный анлимит. если ты ему компенсируешь потери, может, и продержишься еще немного. а так - вряд ли.
я не могу компенсировать... голос директора был уже еле слышен. там в договоре строчка есть - отсутствие связи - проблемы потребителя. пусть переежжают в район, где связь есть.
ну, как знаете. плантатор, как говорится, барин.
кинолог вынул из кармана телефон. директор увидел на нем знакомый логотип скайлинка и тихо обвалился в небытие.
кнопки тревожно защелкали. собака завыла. выбило пробки.
в темноте доктор отчаянно целовал пампушу в вырез декольте.
на кухне медсестра пила чай, смотрела в окно и ворковала по рации с вертолетчиком.
занималась алая заря.